Актуальность
С каждым годом наблюдается все больше и больше детей, рождённых после использования вспомогательных репродуктивных технологий. Однако эффекты такой терапии на последующий риск онкологических заболеваний у детей плохо известен.
В настоящем исследовании оценивали связь между различными типами терапии бесплодия и риском рака у детей.
Дизайн исследования
В ретроспективном когортном исследовании, проводимом в Дании, использовались данные регистров и Danish Infertility Cohort. В них вошли в общей сложности 1 085 172 детей, рожденных в Дании с января 1996 по декабрь 2012 года.
За период наблюдения с 1996 по 2015 год рак был диагностирован у 2217 детей.
Среди женщин, проходящих терапию бесплодия, 35 835 получали кломифен, 57 136 – гонадотропины, 38 653 – аналоги гонадотропин-релизинг гормона, 68 181 – человеческий хорионический гонадотропин, 41 628 – прогестерон и 16 948 – эстроген, а также 19 448 проводилось оплодотворение in vitro, 13 417 – внутрицитоплазматическое введение спермы и 3356 – пересадка замороженного эмбриона.
Результаты
- После 12,2 млн человеко-лет наблюдения (в среднем, 11,3 года) частота рака составила 17,5 на 100 000 среди детей, рожденных от матерей, не имевших бесплодия (n = 910 291), и 44,4 на 100 000 среди детей, рожденных после пересадки замороженного эмбриона (n = 3356).
- Анализ показал, что по сравнению с детьми, матери которых не имели бесплодия, использование метода пересадки замороженного эмбриона было ассоциировано с повышением риска рака (14 случаев, коэффициент рисков, 2,43 [95% ДИ, 1,44-4.11]).
- Повышение риска объяснялось лейкемией (5 случаев, коэффициент рисков, 2,87 [95% ДИ, 1,19-6,93]) и опухолями симпатической нервной системы (<5 случаев; коэффициент рисков, 7,82 [95% ДИ, 2,47-24,70]).
- Не найдено статистически значимых ассоциаций между использованием других методов терапии бесплодия.
Заключение
Использование метода пересадки замороженных эмбрионов ассоциировано с небольшим, но достоверным повышением риска детских онкологических заболеваний.
Источник: Marie Hargreave, Allan Jensen, Merete Kjær Hansen, et al. JAMA. 2019;322(22):2203-2210.